Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

Блистательная кибитка. Исход актера. 23.04

Отзыв будет несколько бессвязен, но хоть не запоздал:). И на всякий случай я прошу прощения заранее - я смотрела эту вещь очень через себя и своих личных тараканов (ну то есть тараканы ее тоже смотрели и щекотали усиками мозг:), поэтому я совсем не уверена, что взяла именно то, что вы туда клали. Так что простите, если я чего-то не увидела и не поняла - что способна была увидеть, то и увидела.


...Для начала я могу сказать, что у меня внезапно практически нет никаких технических претензий. (Собственно, у меня, как у зрителя слепого и глухого они стабильно возникают в случае, если мне чего-то не видно или не слышно - так вот ура, мне было видно и слышно все! Работа со светом украсила бы спектакль, но при дневном освещении напротив окна она технически невозможна, так что на мой вкус вообще можно было не заморачиваться. Скорее сработало наоборот - собственно, по тексту бОльшую часть времени, особенно вот первое действие, должно бы происходить при освещении холодном - в театре могильный холод, там то луна, то софиты... а тут свет лягушек давал теплый и солнечный оттенок: не было в этом театре могильного холода и темноты снаружи, вся тьма и весь холод - исключительно в людях (кстати, и людям в первом действии холодно не было - вот тут недоработка. Ренатуса подзнабливало, а остальных чего-то нет: РР. Кажется, это единственный недостаток в плане "игры" - могильного холода мне недодали:)
...В общем, мне это скорее и понравилось, потому что вот этот символизм первоисточника - холод, тьма, луна, пустая сцена- мне никогда не был близок, и слава Богу, что на этом не стали сосредотачиваться и прицельно это делать. Потому что спекталь вышел в итоге не про символы, не про луну и Пьеро, не про то, что "весь мир театр - и чо теперь?" - а про живых людей, и это абсолютно прекрасно. Несколько "домашняя" библиотечная обстановка дала как раз в итоге нужный баланс театральной условности - и человеческой жизни:)
Начало спектакля:

Роза: Сир, посчадите! Жан Жак: ПоЩадите!


Сир, пощадите, я виновата!

Роза, прекрасная, живая, нормальная Роза, которой, кстати, тоже этот текст не идет - но она в отличие от Ренатуса не склонна к трагическим переездам.
А вот появляется Ренатус со своим "я здесь". Жан Жак, что символично, начинает с того, что не видит его толком и не слышит - так примерно всю дорогу дальше и будет продолжаться.


Дальше эти двое начинают разговаривать, если этот способ коммуникации можно так назвать:



Жан Жак: Слушай, ты продолжаешь утверждать, что мои жалкие фантазии становятся для тебя реальностью?


Ренатус: Есть опасные профессии! например - драматург. Например - актер.

В общем-то в первую очередь это история о Жан Жаке - человеке с ОБВМом. Который - по крайней мере до конца второго действия - очень изредко и криво слышит и видит хоть что-то, кроме себя, и своих текстов. Для которого что Ренатус, что остальные актеры - это в первую очередь способы и инструменты для поговорить со своей бездной, а что там внезапно живые люди... Ну двоих вот заметил - Ренатуса и Арманду, но именно что "заметил". Он, видимо, действительно неплохой трагический поэт (хотя мелькающие цитаты из него, вот первоначальный текст Розы... но он же его убрал из пьесы, правда? Да, кстати, Сули, Фред, я правильно услышала, что про "фиолетовые волны смерти" - это тоже цитата из Жан Жака?).
Но Ренатус - тоже человек с ОБВМ. Местами они вон совершенно одинаковы:



Жан Жак: как трудно породить отклик в этой бездне!


Никогда не удавалось мне разбудить ее!

Мужик, ты породил в бездне отклик, вон результат - на диване валяется и пытается до тебя донести, что может хватит уже общаться с бездной? Но нет, Жан Жак не видит и не слышит, на этом этапе - "бездна" - это игра ума и гонки тараканов по извилинам. А ты еще кокетничаешь и отрекаешься от искусства, потому что пьеса про смерть не задалась.


Жан Жак: Давай на время забудем о казни., (Серж) :)
Ну да, гораздо интересней вся эта оскаруальдовская и бердслеевская эстетика про целование отрубленной головы. А Ренатус-то всерьез, он понимает, что целовать мертвую голову - это неэротично, и неэстетично, это вообще-то страшно должно быть запредельно и не надо наверно в это - вот так - играть?

Появляется Арманда:

Ренатус: Сострадание, без которого я вполне обошелся бы, если бы не автор, навязавший его мне!

По тексту "драматурга на Г" у меня складывалось впечатление, что Ренатус тоже влюблен в Арманду, и во всем этом есть еще и момент ревности, что переносит конфликт несколько в другой план.
Нет, этот Ренатус не влюблен, его так разрывает между жизнью и смертью, что не до банальной ревности. А на Жан Жака он злится вот ровно на несоотвествиеи позиции трагического поэта - и простого интереса к женщине.
А для Жан Жака-то достижение - он внезапно увидел ее, и попытался поговорить, вылезти из глубин себя, достучаться.


Арманда: Но увы, проходил сезон за сезоном.... Где раньше-то был?!
И Арманда умная, кстати, она же прямым текстом ему все выдает - и про ... предмет, без которого не обходится, и в итоге не обошлось, и про то, что Ренатус "впал в маразм" из-за него.


Мим-Фагот.

Ренатус у меня прочитался тоже в общем глубоко через мой собственный ОБВМ - как человек, разрываемый между либидо и мортидо. Смерть рядом - и она пугает, но она же и искушение. Вина Жан-Жака тут в том, что он за своей игрой в людей, метафоры, слова - не видит, что может стать голосом бездны для того, кто склонен слушать этот голос - и не очень может ему противостоять. Бездна - бездну призывает, оба выбрали видеть в другом не живого человека который периодически пишет хрень\болен, на нервах и помрет скоро - а то, обо что можно почесать... мозг или что они друг об друга чешут?
...Смерть вообще очень диковиный недуг,"а меня вообще не было и никогда не существовало" - поэтому она так близка и невозможно соблазнительна. "Я здесь" - это заклинание против смерти. Это то, с чем можно прийти к Иисусу - с собой, который существует.


Мим разыгрывает Ренатусу пантомиму про него же, про жизни и смерть. Когда он вынимает из невидимых ножен кинжал и направляет в себя - вот тут-то Ренатус и перестает стебаться и комментировать и обрывает представление.


Ренатус: Эй, поосторожнее с острыми предметами. И с играми в смерть.


Второе действие.

Ренатус: Стены сжимаются, потолок опускается. Да помогите же мне!

Про прекрасный дуэт Жан Жака и Арманды.
Вот они на фоне смерти Ренатуса. В комнате трое, каждый борется со смертью своим способом, у двоих - шансов больше, способ извечный и действенный.
Та же ситуация и та же проблема, только другим профилем - даже чтобы взаимодействовать вот ээ... попросту, физиологически - и то нужно заимодействовать. Принимать другого как другого - не замыкаться в себе и своей цельности. История двух людей, которые этого не умеют, и поэтому у них "все сложно". Чтобы вырастить отношения - нужно чем-то обмениваться, а не стукаться друг об друга цельным содержимым головы. А могли бы ведь - там ведь симпатия вполне настоящая - если дать ей хоть один шанс - она вырастет в любовь. Но шанса нет - ни во время первого разговора, заканчивающегося ссорой, ни во время второго...


Ренатус. Отправится в дальний-дальний путь?


Вот как-то так и отправляется.




Но зато - со "Смилуйся!". "Ренатус - верующий", Фагот подтверждает. А что "человек, который разочаровался в Боге" - это потому что бездна, разбуженная Жан Жаком, шепчет в уши.


Смерть не на сцене и не на бумаге, а в реальности - это вот так.


...Вот они - оплакивают Ренатуса в одной и той же позе, но порознь, секундой назад Жан Жак ее отталкивает. Казалось бы - только что были вместе, сейчас бы, в горе - встать рядом, но нет - и этот шанс упущен.
А третий разговор будет - уже совсем впрямую: "Я не умею дать любви. - Я не умею ее взять". Не менее безнадежно, чем с Ренатусом - в эту дверь тоже не прокричаться:

Арманда: Туман...


Арманда: Мне все опротивело, кроме, может быть, тебя.


Жан Жак: Я запомню только твое лицо.

Концептуальный вопрос - является ли все, что происходит в третьем действии исключительно содержимым головы Жан Жака, занятого проживанием своей вины - или все-таки какая-то правда в этом есть, и Ренатус - приходил, и ушел?
Вопрос хороший, и я не знаю, есть ли готовый ответ, под которым все участники спектакля подпишутся, и есть ли однозначный ответ со стороны
зрительного зала. Впрочем, оно и хорошо - там акценты которые можно варьировать на "как пойдет" и смыслы, которые можно извлекать из оттенков происходящего. Можно - как фантазию Жан Жака - в конце концов это его драма, он ее ставит в режиме реального времени, сам раставляет декорации и комментирует собственное появление на сцене. Хорошая такая фантазия ("у него слишком богатое воображение"), что еще и остается, как всласть оплакать, помечтать, чтобы тебя простили, чтоб еще как-нибудь драматично, чтоб быстренько пожертвовать собой, постоять на коленях - и расстаться... не так, как вы расстались. Ну чтоб казни не было, да?
...И потом все равно оказаться у закрытых дверей, от которых нет ключа.
Можно - так.


Что толку в этой бессвязной и запаздалой исповеди?




Роза: Как я рада, что вы тоже пришли!


Но тебе не нужны эти слезы, Ренатус.


Призрака увидел. Ну раз вы меня так хорошо знаете, Господин Призрак...

На мой вкус третье действие сыграли все-таки о выходе за пределы собственной головы. Ну или мне очень захотелось увидеть ровно это, или
(что скорее) - сыграли настолько сильно и всерьез, что и стало -всерьез. О том, что все-таки, первое же, с чем Жан-Жак идет к Ренатусу - это "прости!". О том, что слезы все-таки льются, и в них может быть много упоения слезами, но искреннее горе в них тоже есть. "Вы тоже плакали? (Вы - тоже - живой нормальный человек, хоть в этом?) - Да."

Ренатус сбрасывает простыню. Я здесь.


Ренатус: припасть к стопам Иисуса и сказать ему: "Я здесь".


Ты бы хотел вовсе не быть? - Да, насколько это возможно. (Аааа, это лично мне прямо в мозг!:)


И прекрасный, прекрасный служебный Ангел, который выходит на этих двух долбоебов, который задолбался ловить по кладбищам одного - и пытаться
вытащить на свет Божий другого. Но он на службе, ему положено - поэтому он предлагает им еще один выбор, окончательный, и зато самый простой.


Ангел: Меры, которые мы можем принять против вас являются весьма эффективными.


Меры эффективны, вон можно даже и просто фонариком.

...То, что можно выбрать без ОБВМа и театральщины, то, что просто как хлеб и вино: ты, или он? "Сможешь его предать - вот после того, как он открыто тебя обвинил в своей смерти, сможешь сдать его легавым? - Нет. Твари!", "Сможешь оставить его, когда он тебя защищает - и уйти в свое вожделенное небытие? - Нет. У меня слабые нервы".

Ренатус: Ну, считай это самоубийством.
(Нет, мужик, ты внезапно выбрал жить... случается)


Ренатус: Мы больше не увидимся, но это и неважно...






Поздравляю вас, мальчики, у вас есть шанс. Все шансы при жизни вы успешно проимели, но вот же, любовь-то у вас есть, и она истинна. И поэтому один уходит в свет (Ангел еще и жезлом в спину подтолкнет и выругается, но вообще он тебя на встречу с Иисусом ведет, чтоб ты уже смог сказать Ему: "Я здесь". Раз уж хочешь, но сам не можешь - ну помогут, что уж.
И поэтому у второго еще есть некоторый шансы на жизнь (и на встречу с этими ангелами, небезнадежен, с тобой еще повозятся). А может, выглянув
чуть-чуть за пределы головы - и к Арманде вернешься, а? Все-таки самое простое и настоящее, что бывает между мужчиной и женщиной - у вас получилось, если идти от этого - может и остальное нарастет?

Где ключи от тайны? - Да просто у тайны нет дверей, и в этом надежда. Эта тайна - не дверь, в которую бесполезно стучать и орать, эта тайна - она что-то совсем другое. Эта метафора не годится, и вообще может быть попробовать без метафор.

...Ну вообще конечно, это о том, что лучше все делать вовремя, не дожидаясь перитонитов, потому что люди внезапно смертны. И этот факт может заставить внезапно выглянуть из себя - ну хоть бы и от боли - но все, что тут можно, это понять потом, задним числом, что любовь все-таки
была (и сейчас есть, но толку-то?), а какие-то дальнейшие шансы - они уже за пределами тайны.
В общем лучше раньше, и лучше общаться с людьмии, а не с порождениями своего сумрачного гения.
----
Ну и отдельные благодарности персонально. Сули и Фреду - это понятно, на их дуэте все держится и по большому счету - вот как и что они сыграют, про то оно и будет. Ну вот мне вышло - таки с выходом наверх, спасибо.
Кариссима-Арманда. Она живая, настоящая и убедительная. и, кстати сказать - чисто по человечески - гораздо более приятная, чем в тексте, обаятельная - и до слез жалкая. Кари, спасибо, сделать эту вот женщину такой, чтоб ей сочувствовалось и желалось в конце концов счастья - это надо уметь!
Фагот. Ну - тоже ангел, что сказать, только очень хорошо замаскировался. Мне так и не стало понятно - кто он (ну так из текста тоже не вытекает), но вот - какой он - понятно стало. Добрый и умный. Наверно этого для понимания и достаточно?
Роза. Роза просто оплот нормальности в этом ненормальном мире! Ослепительно живая женщина на фоне всего этого симвозизма и мозгоклюйства! Респекты, потому что без полюса жизни и нормальности - они бы еще раньше там все позагибались разнообразными способами!
Густав. Аааа, какой Густав, с его этим "Черт возьми!" и "Жизнь прекрасна!". Живой, естественный, тоже - Господи, нормальный!
Ангел. Абсолютно мозговыносящий прекрасный ангел, единственный персонаж, про котрого мне бешено захотелось сочинять фонфики и простраивать его
нелегкую ангельскую биографию. Понятия не имею, что там закладывалось - но у меня ангел прочитался в общем вполне настоящим и правильным
ангелом, без оскорбления религиозных чувств. Ну просто задолбался он, бедный, спасать тех, кто сам толком не может и не хочет:) А надо, работа такая.
Ну и конечно же - режиссеру. Любимый режиссер всегда подкинет топлива для размышлений, глюков, ОБВМа - и поводом для извлечь уроки и хоть
постараться следовать.

У вас все получилось, спасибо!
Tags: Блистательная Кибитка, театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 15 comments