Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

Источники к 18 веку: письма леди Рондо

Еще вещь, о которой я должна написать - и прекращаю флудить:)
Внезапно наткнулась на источник по 1730-ым годам, который привел меня в совершенный восторг, и который я рекомендую всем, вне зависимости от жесткой необходимости ознакомиться с этим временем к январю:))
Итак, "Письма леди Рондо".
Это письма одной истинно английской леди к другой истинно английской леди о жизни в России на протяжении целого десятилетия, по 1739 год. Когда я начала читать - я поняла, что сам текст я по большей части знаю, потому что без этих описаний светской жизни или внешности основных персонажей (Анны Иоанновны или Биронши) не обходится ни одна книга об эпохе или вообще о светской жизни в России.

Но нет, этот текст, как выяснилось, несмотря на интереснейшие описания, просто нельзя читать в отрывках, потому что в отрывках теряются оба прекрасных характера - и автор и адресат:) Потому что это история про "леди в Арканаре": она смотрит на окружающее несколько отстраненно и очень с юмором. Она не пишет об ужасах, хотя встречаются пассажи, которые хоть сейчас в Оруэлла, например:

Вас, вероятно, удивляет, что ссылают женщин и детей.

Но здесь, когда подвергается опале глава семьи, вся семья также попадает в опалу, имущество, принадлежавшее им, отбирается, и они из знатности опускаются до условий самого низшего круга простолюдинов; и если замечают [в свете] отсутствие тех, кого привыкли встречать в обществе, никто не справляется о них. Иногда мы слышим, что они разорились, но никогда не упоминают о тех, кто попал в немилость. Если, благодаря везению, им возвращают благосклонность, их обласкивают, как всегда, но никогда не вспоминают о прошлом.


Она пишет по-женски, о женском мире и с женской точки зрения: сплетни, истории про дам и кавалеров, склоки между придворными дамами, истории про любовь, взгляд на политических деятелей с точки зрения того, как они тунцуют и насколько они любезны с женским полом. Например вот пара историй:

" жажду рассказать Вам одну историю, образчик деликатности наших северных кавалеров и дам, но меня пугает Ваша притворная стыдливость (прошу прощения, Ваша скромность). Однако удержаться не могу. Поэтому прикройте лицо веером, а я начинаю. Действующее лицо — светский молодой человек, побывавший во Франции и пр. После своего возвращения он в доме своих друзей попал в компанию трех или четырех хорошеньких дам; танцевал, пел, смеялся, очень вольно обращался с дамами — одним словом, вел себя совершенно по-парижски, как он с важностью уверял присутствующих, взиравших на него с изумлением. Затем он начал похваляться чувствами и страстью, которую якобы возбудил в каждой из дам, и все это он повторял в самом разном обществе, так что в конце концов это достигло ушей господ мужей (а все дамы были замужем); последние какое-то время хранили мрачное молчание и наконец в очень резких выражениях объяснили [женам] причину своего дурного настроения. Дамы пожелали свести молодого человека напрямую со своими мужьями. Все три любящие пары согласились, чтобы одна из нимф пригласила его к себе на ужин, не говоря ему, кто будет еще присутствовать. На крыльях любви полетел он на свидание и был встречен с веселостью; но посреди его восторгов она стала выговаривать ему за те речи, что он произносил. Он все отрицал. Тогда вошли все дамы со своими мужьями, свидетелями его виновности, и он был честно осужден. Мужья произнесли свой приговор, заключавшийся в том, чтобы дамы собственноручно выпороли его кнутом. Кое-кто говорит, что они и впрямь проделали это; другие говорят, что они приказали сделать это своим горничным; во всяком случае, наказание было исполнено с такой жестокостью, что ему пришлось несколько дней провести в постели. Не ясно только, были ли дамы только наблюдательницами или сами производили наказание. По этому примеру судите о любовных интригах в здешнем северном климате..."

Или вот:
Но мне не терпится рассказать Вам, почему м-р X. говорит, будто я стала ханжой; история эта, признаюсь, должна остаться в тайне, и если бы я не полагалась на Вашу деликатность, которая эту тайну сохранит, я бы не осмелилась передать ее Вам. Во время нашего путешествия из Москвы миссис X. и я после нескольких дней дороги мечтали переодеться в чистое белье. Остановившись на отдых в одной из лачуг, где обнаружили одних лишь женщин, мы попросили наших спутников погулять, пока мы переодеваемся. Они вышли. И только я сменила белье, а она, собираясь сделать то же самое, посмотрела вверх и увидела русского парня, спавшего на печи (русские часто спят на печи в холодную погоду). При виде его она вскрикнула; решив, что нас оскорбили, наши мужья вбежали в комнату. Они так развеселились над тем, что их выставили вон, а этого милого пастушка (как они выразились) допустили к нашему туалету, что меня это задело, и я весьма сдержанно отнеслась к их подшучиванию; с тех пор он всегда называет меня ханжой, а я иногда делаю именно такой вид, чтобы сдержать излишне вольные проявления его веселости, к каким склонны в этой стране.
Мне кажется, я слышу Ваше восклицание: «А точно ли этот мужчина спал?» Я-то думаю — да, по крайней мере вид у него был до того бестолковый, что никакой разницы не было.


И при этом тут есть все: и китайские послы, и Анна Иоанновна с Анной Леопольдовной, и Бирон, И Миних, и Остерман, и описания жизни "татарских народов"... чего только нет.

Или вот, чудесное ("больше всего англичане бояться очуться в неприличном положении", или как оно там было, в Алисе?:)

Вы слишком любознательны и слишком любите необычное, чтобы я могла надеяться на Ваше снисхождение, если не расскажу о новом развлечении, которое было у нас при дворе этой зимой. Из досок соорудили приспособление, которое спускается с верхнего этажа во двор. Ширина ската достаточна для экипажа, а с каждой стороны маленький бортик. Скат залили водой, которая вскоре замерзла, затем его поливали еще, пока он не покрылся довольно толстым льдом. Придворные дамы и кавалеры садятся в сани, которые подталкивают сверху, и они летят вниз. Движение такое быстрое, что его не определишь никаким иным словом, кроме как полет. Порой, если на пути санок встречается какое-нибудь препятствие, седок вылетает из них кувырком; я полагаю, это делается ради шутки. Каждому смертному, появляющемуся при дворе, приходилось съехать с этой ледяной горы, как ее называют, но пока никто не сломал себе шеи. Я до потери сознания страшилась, что мне тоже придется съезжать по этому ужасному спуску, — не только из боязни сломать себе шею, но и просто очутиться в неприличном положении...

А еще в полном тексте вполне есть сюжет. Обычный живой человеческий сюжет: вот у нее умирает первый муж (и она за ним ухаживает день и ночь, потом долгое время отходит), вот у нее возникает на горизонте новый поклонник - и она пока еще не знает, удостоится ли он, - вот он - упс! - удостоился, вот она рожает... В общем, это вполне можно читать и просто как роман:))
Всячески рекомендую, ссылок не даю - она есть в сети в разных видах.

(Кто не знает, кем хочет поехать на Дело и слово - блин, это готовая прекрасная роль!:)))
Tags: 18 век, дамское счастье, книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments