Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

Categories:

К дате.«О легкой возможности уничтожить существующий в России торг людьми».

Всеподданнейшее письмо барона Владимира Штейнгеля.
5 февраля 1823 г. Москва).
«О легкой возможности уничтожить существующий в России
торг людьми».

Венценосные благодетели европейских народов вступились сами за права человечества и ясно восстали против варварской торговли неграми. Россия, между тем, несет еще праведную укоризну от всем просвещенной Европы за постыдную перепродажу людей, в ней существующую. Не исчисляя всего зла, какое от сего происходит, довольно упомянуть, что таковое право продавать людей никаким законом положительно не утверждено: оно вкралось злоупотреблением и укоренилось временем. В старину, когда самые крестьяне имели свободу переходить от одного помещика к другому, дворяне могли законно продавать и в наследство отказывать одних токмо полных холопей, или рабов, происходящих от пленных, предкам их в воинскую добычу доставшихся. Напротив, прочие холопи бывали из людей вольных и служили по кабале, или по л е т е й, т.-е. или по жизнь господина, или на условленное число лет; и ни тех, ни других господа продавать права не имели.
Цари Феодор Борисович Годунов и Василий Иоаннович Шуйский, будучи из бояр, прекратили переход крестьян и прикрепили их к земле. В царствование последнего открылось уже, что господа стали посягать на свободу холопей кабальных, по жалобе коих издан был указ, подтверждающий, чтобы рабами считать одних только пленных с их потомками; а холопьям служить на прежнем основании, только тем, кому кабалу на себя дали.

Царь Алексей Михайлович, по причине опустошения земель, причиненного предшествовавшими разорениями и мором, уничтожив дотоле существовавшую поземельную подать, учредил ее с дворов, что продолжалось до 1722 г., или до окончания первой подушной переписи, начатой в 1718 г. Сею переписью, или ревизиею,все холопи без различия поверстаны были в один с крестьянами подушный оклад. Обстоятельство сие, равно как и рекрутский набор с семей, подали повод холопей превращать в крестьян и крестьян в холопей, отделять их от семей и под названием дворовых продавать по одиночке. Такое злоупотребительное поползновение,— при частых, впоследствии времени, переменах правительства, — сначала было послабляемо, терпимо по превратному толкованию прав, и, наконец, чрез долговременное употребление, став обычаем, облеклось видом коренного законного права.
Сия, законами, историею и государственным архивом подтверждаемая, истина, доказывает, что доныне существующая в России продажа людей, справедливое бесславие всей нации наносящая, никогда прямо не была дозволяема ее великими монархами и потому не может, по всей справедливости, почитаться законною. Но как никакая давность не может пред взором монарха — отца своего народа — освятить зло, удручающее одну часть его подданных от удержать скиптроносную десницу его от праведного искоренения сего зла, то никто из благомыслящих людей не может отрицать, чтоб уничтожение в России продажи людей не было дело»м праведным, священным и совершенно достойным благословенного ее Александра, и никто не должен сметь роптать на меры, какие к тому будут приняты. Они могут состоять в следующем:
1) Надлежит повелеть сделать новую ревизию в течение, если не двух, то, по крайней мере, полуторых лет.
2) По сей ревизии дворяне, имеющие поместья, всех дворовых своих людей должны приписать к своим поместьям, а не к домам в городах, им принадлежащим, и по тем же поместьям взносить следующие с них подати.
3) Всем беспоместным дворянам, имеющим дворовых людей, предоставить продать право свое на них в течение года, со дня издания манифеста, помещикам; но которые того сделать не похотят, или не успеют, и оставят дворовых людей при себе, те должны подать о них сказки в градские думы. Сии последние зачислят их в цех слуг и рабочих людей, живущих в услугах, и будут взыскивать с господ следующие за них подати.
4) В таком положении дворовые люди сии могут пробыть 10 лет, со дня же издания манифеста, а по
истечении сего срока должны уже получить свободу от поступить в мещане, или остаться, по желанию, в цеховых.
5) С сим вместе постановить законом, чтобы по истечении года, предоставленного беспоместным дворянам на перепродажу дворовых людей, ни в одной уже гражданской палате, никакой подобный акт ни о продаже ни об отказе людей по одиночке, без поместий, к коим приписаны, не был совершаем и чтобы впредь в самых купчих на продаваемые поместья означаемо было, что продается недвижимое имение, состоящее из такого-то количества земли, с селом или деревнями, в коих приписных по ревизии душ числится столько-то; вообще, чтобы было видно, что продается земля, обитаемая людьми, а не люди с землею, ими возделываемою.
6) После сего никакой вывод крестьян не может уже быть допущен, кроме одного случая, в котором помещик, не имея доста­точного количества земли по числу своих крестьян, приобретает в другом месте пустопорожнюю землю и на нее пожелает пере­селить часть своих крестьян, но и в таком случае должно быть испрашиваемо особое дозволение от правительства. Сие, однакож, не должно изменять права помещиков: давать свободу дворовым людям и крестьянам по одиночке и с семействами.
7) Самые дворовые люди при домах господских, в городах живущие, должны уже при продаже поместья, к коему приписаны, отходить к новому господину. Сие тем справедливее, что принужденный продать последнее свое поместье дворянин не может уже и содержать с пристойностию прежней при доме прислуги.
Когда все сие исполнится, тогда не будет уже в России ни одного лично крепостного человека, которого можно бы было продать, как собственность; не будет, следовательно, надобности промышлять преждевременные средства к свободе крестьян вообще, и, сверх того, еще произойдет из сего существенная польза, что пресечется легкое, и потому соблазнительное, средство к разорительному мотовству дворян. Ныне искушает некоторых мысль, что стоит только продать одного или двух человек, или одно семейство дворовых людей, и долг заплачен; таким образом неприметно от продажи посемейно доходят до продажи всего имения; но тогда надобно уже будет вдаваться в мотовство на счет, по крайней мере, одного целого селения с принадлежащею к нему землею, что, конечно, многих остановит.
Но паче всего то, что имя человека в России избавится от конечного посрамления; позднейшее потомство будет благословлять мудрого, благодушного монарха; весь просвещенный свет совьет ему венцы, неувядаемые в самой вечности.



Сорок лет мужику, старше Алексей Петровича - а ума не нажил, такие прожекты предлагать всерьез. Он вообще записки всякие писал - например, в 1817 году всерьез подавал Аракчееву записку о том, что не надо никого наказывать кнутом, а потом Голицыну - о том, что не надо наказывать за богохульство...
Ну закономерно загремел на каторгу. Все-таки, справедливости ради, не в первый и даже не во второй разряд - в третий.
Tags: #декабристы, Принц Мрака Ротриа, декабристы
Subscribe

Posts from This Journal “декабристы” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments