Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

Categories:

О. Елисеева. Последний часовой.

Взяла тут на пляж почитать очередной опус про декабристов. О. Елисеева "Последний часовой".
Отчитываюсь - дрянь редкостная, хотя и старательно притворяется. В романе старательно собрана вся "клубничка" интересующего нас времени: от печальной истории дамы, изнасилованной Константином (не было изнасилования, был нелегальный аборт, а вся интрига была задумана, чтоб скомпрометировать Константина) до мимолетного упоминания слеша между С. Муравьевым-Апостолом и М. Бестужевым-Рюминым как само собой разумеющегося. Главные герои - положительный Николай и не менее положительный Бенкендорф. Причем образ Бенкендорфа выписан с любовью и тщанием - герой беден, обойден чинами, Александр его не любил и теперь он ужасно боится, что и Николай его не полюбит. Он относится к подследственным с сочувствием, но боится его проявлять - потому что тут есть Чернышев - богатый, влиятельный, и интригует против Бенкендорфа, доносит на не него Николаю. В какой-то момент Бенкендорф срывается и напивается в каком-то кабаке, и приползает домой на бровях, с оторванной подошвой в кармане. А его жена пилит его периодически, что мало получает, но прощает попойки и собирает ему в крепость бутерброды.
Честно - все эти подробности до того прекрасны, что чтение книги окупилось. Ржала беспрерывно.
(Для тех, кто не в танке - это все настолько мимо реального Бенкендорфа, что читать невыносимо смешно. Пожалуй именно за Александра Христофорыча, которого на 1826 год представить гуляющего по кабакам и боящегося Чернышева представить вовсе невозможно - я обиделась на автора более всего)
Остальные исторические открытия автора тоже прекрасны. Декабристы (присуствуют Захар Чернышев, Цебриков, Волконский, Рылеев и Пестель в маленьком эпизоде (который показывает там, что автор незапно читал переписку) - непривлекательны. Волконский попросту глуп и эгоистичен, Цебриков истерик и напридумывал всего: и рану на голове Пестеля и стихи Рылеева на миске и т.д. Но это-то все ладно, а вот интрига в том, что оказывается Северное и Южное общество согласовали совместное выступление 1 января, но Рылеев специально начал все раньше - чисто в пику Пестелю, чтоб насолить. Над этим прекрасным финтом я долго медитировала, потому что - вот как? Но автор на реалистичность свои идеи никак не проверял.
Еще один прекрасный финт - Николай приказывает отредактировать Донесение Следственной Комиссии, чтобы убрать оттуда все упоминания того, что декабристы хотели дать свободу крестьянам. Потому что он, Николай, тоже этого хочет, и значит, чтоб вдруг не было прецедента, что это - уголовно наказуемо в России.
Общая проблема же заключается в том, что автор пишет клубничку и гадости одинаково - что про Киселева, что про Александра, что про Мишеля и Сергея, что про Елизавету Федоровну. Один Николай безупречно чист (и вот не понимает, как это у Мишеля и Сергея "чисто технически". Ага, Николай-то...), ну и Бенкендорф оставил все грехи развратной юности и безупречно верен жене (ага, ага, няшечка же!). Остальные все как-то в дерьме и один Николай охраняет Россию от грядущей революции. В результате вот этот общий концепт я осознала только совсем ближе к концу, потому что из текста он не слишком вытекает (ну или я, развлекаясь над этим вот Бенкендорфом никак не могла постичь глубины исторической и философской мысли аффтора).
Дрянь.
Tags: декабристы, кадавр, как есть сука, книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments