Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

Сборник фиговинок. В беспорядке.



Чтоб в тишине не изнемочь.
А. Блок
Безвольно, трезво - по дорогам,
Идешь куда ведут - домой.
И боль лишь в том, что ты не с Богом,
И радость в том, что Бог - живой.

Текут стихи, невоплощаясь,
По капле - в день, по строчке в ночь.
И шар земной гудит, вращаясь,
Чтоб в тишине не изнемочь.

* * *
Милости просим! Своей-то - нет..
Матушка осень! Твой силуэт
Листья и небо, оконный проем..
Теплого хлеба тебе напоем.

Это умеем - рифмы и сны,
Этим болеем - с весны до весны,
Матушка, чаю? Ждем ведь с утра,
Нет не скучаем. Просто хандра,

* * *
Расставаться просто, не предавая,
И стихи слагать не навзрыд, а так.
И гроза - конечно в начале мая,
И ее опишет любой дурак,

То ли слезы, а то ли поэза льется -
Невысок полет, недалек бросок.
Первый гром, резвяся, по небу бьется -
Неуемной звукописью в висок.

* * *
Клочок разговора, невнятный, совсем не про то.
"Свои и чужие, а ну рассчитайся по парам!"
Картина застыла. Закат, как с картины Ватто.
"Пожалуйста, в сторону. Нефиг дышать перегаром."

Обрывки предательств по ветру как с тополя пух,
Осколки зеленой эстели бериллами в лужах.
"Ответь, если слышишь! - Не слышу. Наверное, глух."
"Ответь, если помнишь! - Не знаю. Запутался в дружбах".

* * *
Ученым татем на цепи, котом на стыке всех миров
Я так хотел произойти, но для меня не дали слов,
Иду налево - Пропп во рту, иду направо - Розенталь.
Когда-нибудь - и я уйду, туда где светит Трансвааль.

Я затеряюсь и спасусь в глухой транскрипции времен
Куда несешься ты, о Русь? Куда ползешь, мой батальон?
Дурацкий полк, иду на вы! Но зверь уходит из силка.
Дай зелья мне - от головы, и бритву дай - от языка.

* * *
Мы снова живы. Как в бреду.
Вот ты идешь. Вот я иду,
Мы снова можем есть и спать.
Мы снова живы. Благодать.
Готова мягкая постель,

Сияет медная эстель.
Все разрешилось. Ровно так.
Часы на час назад. Ништяк.
Мы - знаем про добро и зло.
В нас не попали. Повезло.

* * *
Прошел октябрь. Все разошлись, игра завершена.
Течет из чаши на песок нетерпкая вина,
Тяжелый кубок неглубок и в трещинах бетон.
И намертво закрыта дверь и слышен грай ворон.

Кто открывал, кто закрывал - не все ли нам равно,
Пока мы делали игру, пока лилось вино?
Теперь мы порознь в тишине. Осенний, синий час.
Игра стекла водой в песок. И не прощайте нас.

* * *
...Под музыку миров и пенье крыл,
Давно устав мечтать об отчем крове,
Запутался в силках чужих светил,
Застыл как в янтаре - на полуслове,

На оголенном проводе, навзрыд.
Где тают волны времени. Над ними
Качаются светила, и горит
Одно - из звезд составленное - имя.

* * *
Все, что еще не сгнило - то умирает.
Как при таком раскладе дойти до рая?
Как при такой холере подняться к звездам?
Господе Боже, вылечи, коль не поздно...

Вот ведь как вышла ссора души и тела...
Господи, выстрой заново, переделай!
Господи Боже, это - Твоя работа!
... Трудится Он. На кресте. До седьмого пота...

* * *
Привиденьем по саду - не догонят, не убьют.
Здравствуй, Моцарт. Выпей йаду, только что стоял он тут.
Здравствуй, птица-небылица, королевский мой крокет.
Снова хочется напиться, да зарплаты нет как нет.

Платье по последней моде. Мужики, поберегись!
...Королевна, что ж ты бродишь, что кликушествуешь ввысь?
Али доля не богата, али сбилася с пути?
Говорят, душа крылата. Раз сказали - так лети.

* * *
У меня тупик. У меня провал.
Потерял все то, что когда-то брал.
Вроде молод был, а уже старик.
Нетворяк задрал, а кругом - тупик.

Вроде пил немного, но лил на лед,
И летал изрядно - но недолет,
И ведь жить и жить бы, но вот - хана.
Впереди провал, позади стена.
Впереди война, позади волна...

* * *
Жизнь моя сломалась и разбилась вся.
Смена точки зрения - по всем осям,
Спутанные линии сложились в сеть,
Но зато так ясно и возможно - петь.

Шарики за ролики - и что с того?
Дух как буря дышит на поверхность вод,
Жизнь моя сломалась, ну и что - пора.
...Бог идет идет сквозь бурю - меж ветров и трав.

* * *
Между нами столько бреда -
Две эпохи, три победы,
чашка чая на столе
Жизнь, лежащая во зле,

Между нами - наши души,
Тьма внутри и свет снаружи,
Смех с утра и плач во сне,
Свет внутри и тьма - вовне.

Что нам делать среди тьмы?
Между нами - только мы.

* * *
В офисе. Полнясь болью - чужой и невосполнимой.
Кофе без сливок. Три смс - любимый.
Я задыхаюсь пронзительностью весны.
Снова кондишен сломан. Зеленой глиной
Я под руками боли. Я вижу сны,
Я заполняю призрачные листы,
Так чтобы слово от взгляда взрывалось миной.
Я доживаю. Еще полчаса - и Ты.

* * *
Москва и Питрер. Мойка, Сивцев Вражек.
Обиженные каменные львы.
Мы никому не делали поблажек -
Вот нам теперь и не дают любви.

Не катит милосердье под расписку,
Доверие утрачено сплеча.
...Гранитной кошке - каменную миску
С камнями и кусками кирпича.

* * *
Натальей или Анною звалась твоя весна?
Лошадка деревянная проводит ночь без сна
Морозною, метельную - от холода хоть вой.
И кружит карусельною невиданной тоской...

Сосчитано, оплачено, не стоит повторять,
Три месяца поплачь о ней, потом забудь опять,
И в новый год - шампанское, и унесет меня
Лошадка - дочь троянского веселого коня.

* * *
Ходила кругом голова под Новый Год.
Катилась зимняя игра - в пустой пролет
Клубились зимние слова - прости-прощай,
Давно расстаться нам пора. Пятак на чай.

Какая ревность? Ну не веришь, ну не верь.
Слова неправильны. Не те. Закрыта дверь.
Две дня на бедность. Пару лет - коту под хвост.
Летят снежинки в темноте под светом звезд...

* * *
В твоем городе снова шорохи, боль и страх.
Вот опять не хватило пороху. На руках
У наемных слезливых плакальщиц гроб плывет.
Главный воин стучит мечом о щит, в бой зовет.

Золотая ползет процессия сквозь леса.
Фильм заснят, завершилась сессия. В небеса!
Не спасла. Не хватило. Не было. Не везет.
За тобою мне тоже в небо бы... кто возьмет?

* * *
Все труднее жить на свете, все тоньше нить -
Вервие простое, золотой волосок.
Но всегда дается больше, чем можно вместить,
Да ты только принимай, не пролей в песок.

Да ты только песни пой, когда впору - выть,
Когда что ни разговор - то дурная весть...
Нам всегда дается больше, чем можно вместить,
Но и отдавать нужно - больше, чем есть.

* * *
Бьется фитилек в свече
Черно-белый человечек,
Неприкаянный, ничей,
На излом - колени, плечи,
На проверку, на обрыв -
Ну, попробуй, попляши-ка!
Вальс в огне, почти без шика.
Пальцами тушу, не взыв,

Все равно тут ветер - горном.
Пальцами свечу. За горло.

* * *
Я считал перекрестки как выстрелы: в легкое. В пах. В висок.
Я сплетался узлами вместе с дорогой, отбрасывал тень в песок.
Темной глиной под пальцами неба был. Кажется кем-то стал.
Посмотри на меня, мой город. Я пришел к тебе. Я устал.
Под твоей голубой стеною, на твоем золотом ветру
Я исправлю все. Я открою твою книгу. Потом - умру...

* * *
Сегодня дурацкий день - не пала в пустыню манна,
Заглючила база данных, и в зеркале жуткий вид,
С ресепшена кто-то плачет - Наталья там или Анна,
А как ее там - не помню, к тому же с утра дождит,

К тому же с утра - туманы, и выстрелы краем уха,
Какая тут бодрость духа? Какой уж тут, блин, прогресс?
О чем же она там плачет, когда на душе так сухо,
Когда за окном так мокро, и глючит гпрс?

* * *
Так сегодня сложилось -
Ни имен, ни примет.
Беспощадная милость.
Оправдания - нет.

Так сурово и просто -
Ты умрешь, я умру.
...Золоченые сосны
На холодном ветру.

* * *
Нам как всегда остался огрызок лета,
Это дурная планета - тут лета мало,
Это уют? в кармане одна монета,
Пара минут - под плески и визг вокзала,
Пара минут осталась до сентября.
Нас не убьют. Наверно оно не зря.

* * *
Все как обычно. Баст линяет белой шерстью на клаву.
Мелкие апшаиты пируют на кухне. Гермес Трисмегист
Ваяет программы на перле, с трудом изучает Яву,
А Нефертити мажет очередными стихами лист.

Все как обычно. Жара и пустыня асфальта - на радость Сету.
Вон пирамиды вдали торчат, и сфинкс пробрался в мою строку.
...Можно сменить номер квартиры, судьбу, планету,
Но апшаитов с кухни ты не изгонишь. Такое кю.

* * *
Снизу да из колодца. И - на свою звезду.
Надо бы побороться, но мне слабо - уйду.
Надо бы потянуться, да что же я слезы лью?
Волшебное мое блюдце, и яблочко - на краю...

Зеркальце мое злое, кто же тут всех милей -
Тащится под конвоем, лагерных кормит вшей?
Боли моей насущной не отними кусок!
Райские мои кущи: блюдечко. Волосок.

* * *
До весны - пять чувств, до тебя - стена.
У дверей точпусь. Ну и где - весна?
Выходи гулять. Раз, два...Стой, стрелять
Будут по тебе. Слышишь - звон и лай.
Но не верь пальбе. Видишь ли - капель.
И не верь мольбе. Вот прошел апрель.
Наступает май.

* * *
По полю ехала телега.
Летел над ней вороний крик.
Но в поле не было ночлега,
И с песней замерзал ямщик.

Без ноутбука, без модема,
Без флеймов, досок и друзей.
Ах, смерть - заезженная тема,
В степи глухой, среди полей.


* * *
Вот так и рухнет твоя карьера на темя пыльным мешком,
Когда ты матом пошлешь курьера, потом цветочным горшком
Запустишь боссу по монитору, чтоб там наступила тьма
Когда б вы знали, с какого сору, с какого - идут с ума.

Вот так в метро - не рванешь на рельсы, а просто проспишь свой дом,
И вывернется из-под руки троллейбус, и время пойдет на слом,
Осколки песочных часов под ноги - чтоб не был так скользок лед
Когда бы вы знали, как ждут подмоги, когда она не придет.

* * *
верчу как обычно нить
пустых ни к чему словес
неплохо бы заменить
не пол - так лицо и вес,

чтоб чей-то не жег укор
чтоб веру в себя иметь
...две шмотки, духи, ковер
жилище, планету, смерть.


* * *
Нам неважно, что бродит по улицам этой ночью - нелюди, или другая слизь.
Эй, прохожий, поберегись!
Нам не нужно комфорта и социальной роли, нужно денег - обеспечиваем семью.
Выстрел в голову, и адью.

Нам несложно неслышной тенью просочиться прямо к тебе в кровать.
Будем брать.
И не надо белеть от ужаса- тут белей, не белей, все равно кранты.
Ну да.
Мы такие же, как и ты.


* * *
По ветру вдаль - аромат полыни,
По пальцам - радужная роса,
Забудь свое сетевое имя,
Пароли, явки и адреса,

О боссе, офисе и работе,
О базе данных, о том, что сбой.
Забудь себя, отрешись от плоти,
Стань чистым светом - самим собой.

* * *

Говорите, предательство? что же - обычная вещь. Фигня,
Если где-то внутри болит - оно вечно болит не к месту,
Забивай на него скорей. Так сложилось. Ничья вина.
Кто ни разу не предавал - не включен в мировой реестр.

* * *
Тут тишина и каменные розы,
Граница позади, судьба - вовне.
Давно пора бы перейти на прозу -
Ритмичность чужда этой тишине.

Сух виноград - вином вовек не станет,
Чернеют листья в каменном венке,
И жалоба ложится на пергамент.
Она - на непонятном языке

* * *
На этом снежном покрывале,
на мерзлом саване земли
мы так упрямо рифмовали
и чушь прекрасную несли.
Была любовь девятым валом,
и каждый был и добр и крут.

Под этим снежным покрывалом
нас всех однажды погребут.

* * *
Какое странное, полусмешное чудо -
Мы до сих пор летаем невзначай,
Хотя на кухне грязная посуда,
И плещется остывший, светлый чай,

И жутко одинокими ночами,
И гнусен это шумный третий Рим.
...А мы зачем-то плещемся стихами
И о высоком грустно говорим.

* * *
Нанизали сто ночей на иглу,
Проплясали босиком по стеклу.
Разделили. Все не то, все не то.
Отлюбили - молоком в решето.

Собирались, но завязли в делах.
Отстрадались. Дело крах, дело швах.
До рассвета может быть доживем.
Двери в лето. Ну пойдем же, пойдем...

* * *
Восхвалю Тебя за брата огня -
Он со всех свечей глядит на меня.

Восхвалю Тебя за брата звезду,
Под его лучом иду я по льду.

Восхвалить тебя и дальше позволь
За любимого за брата - за боль.

И последня хвала - Королю:
Я Тебя за брата смерть восхвалю.

* * *
Волк на снегу. Колючий наст,
Пока свободен. На заметку:
Он за свободу всех продаст,
И за свободу - сядет в клетку.

* * *
Роюсь в мыслях как археолог,
Нету разума! надо мной
Обьявленье на кольцевой:
"До конечной без остановок".

* * *
Ты будешь жить и я не умру,
И мы с тобой обретем покой,
Где Божьи мельницы на ветру
Трепещут крыльями над рекой.

* * *
Тьмы низких истин нам дороже
Все очищающий прибой.
Сподобит нас Господь, быть может,
У кромки моря голубой
Не ждать отчаянного счастья,
Но верить - на исходе бед
Не всех нас Ангел Безучастья
Утащит за собою вслед.



Ну и в качестве приложения - совсем-совсем фиговинки:)
* * *
Эта мука не воспета -
ни прозвона, ни просвета,
на рассвет летит планета,
связи не было и нет,
над просторами руснета,
раздается стон поэта,
Ах закончится ли это,
Ах, наладится ль коннект?

* * *
Как хорошо не быть энергуем
Мне не ходить по Звездному пути.
Мне со вселенцем не побыть вдвоем,
И войн астральных тоже не вести.

Как сладостна жизнь не-энергуя
Я кундалини в руки не возьму
И аура квадратная моя
Глаза не намозолит никому
* * *
Силлабические пятистишья

Увы мне, увы, счастье мое так непрочно
Злую халтуру сю сделать мне надо срочно
Адамово проклятие, злая работа
Ноет моя спина и мучит мя зевота.
Боже, помози сдержать мне уста от мата!
Вот готовая работа, когда ж зарплата?
2
Впихнуть в десятисложник цезуру
Явно не на мя задача, дуру.
С другой стороны - цезура-то - вот!
Или не цезура, наоборот?
Запуталась с силлабикой этой!
Девки, лучше замуж, чем в поэты!

* * *
Чего уж там? Поехать на игру.
Проветрится. Продрогнуть на юру,
Покрасоваться рожей на миру,
Напиться на каком-нибудь пиру,
Нафоткать бодро всякую муру...
Не, нафиг, я там попросту помру!
Пускай уж без меня идет игра,
Пускай творится всякая мура,
И брызжут в небо ядом мастера,
И трель звенит лесного комара...

* * *
Вот поэт. Жует окурок.
Все на свете - суета.
То ли круглый он придурок.
То ли крут, как бок кита.

Наваял и жмет F10.
Сохранить, не сохранить?
Музу - на стене повесить,
Стих - делитом истребить.

* * *
Я доволен своею неловкой судьбой.
Я спокоен и счастлив. Я здесь. Я с тобой.
Я уйму свое бедное лживое сердце,
Потому что от сердца - один геморрой.

* * *
Ни славы, ни признаний, ни венка,
Стол полон ни стихов, но серой пыли.
Давно мозги усталые застыли,
С восьми утра уже прошли века.
Какие тут шесть строк? Одна строка
С трудом струится между двух извилин.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments