Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

Щастливый Вяземский

Вячеслав Бондаренко. Вяземский. Серия ЖЗЛ, 2004, переиздавалось в 2014.

Прочитала тут внезапно биографию Петра Андреича из серии ЖЗЛ, и хочу порекламировать. Это "художественная биография", а не монография, автор вполне сознательно продолжает традицию, начатую самим Вяземским в "Фонвизине" и продолженную Ходасевичем в "Державине". Тут не так много цитат, текст гуляет от литературоведческих размышлений на несколько страниц до чисто художественных пассажей - так что местами мне было трудновато, автора там много.
Но при этом - автор вполне симпатичен. Он есть, у него есть свои убеждения (например, поздний Вяземский-"консерватор" ему явно ближе, чем ранний "либерал"; довольно много место посвящено "оправданию" его работе в цензуре или размышлениям о том, что несколько популярных в советское время "богоборческих" стихов - это результат болезни, а не атеизма), и в общем автор - тоже человек. Но в общем все, что он пишет - очень созвучно мне оказалось.
И самое главное - он любит героя, всерьез, и этим пропитана вся книга. Да, видит в нем недостатки и ошибки, да, сознательно пишет о человеке с очень непростым характером и довольно неровным талантом, и не сказать чтоб поет ему дифирамбы и восхищается - а вот просто по-человечески его любит. И это офигенно круто.
И вдвойне круто, что он не скипует его бесконечную старость, шестидесятые и семидесятые годы. Это очень просто оставить за кадром, расстаться с героем где-нибудь в сороковых, и про все остальное как-нибудь кратенько - ну там ведь ничего особенно и не происходит, да?
Происходит, и автор проходит весь этот путь и проводит по нему читателя - и работа в цензуре, и бесконечное колешение по Европе, и реакция на крымскую войну и польское восстание, и позние старческие романы, и поздние стихи, больше всего напоминающие позднего же Георгия Иванова, и бессоницы, и приступы депрессии, и смерть без причастия - все это там есть. Потому что он его любит - вот всего, от начала пути до его окончания.
В общем, реально хорошая книга - рекомендую.

...А я в дороге развлекалась чтением того же позднего Вяземского, записных книжек пятидесятых годов. Оно впечатляет тем, что во-первых там полно знакомцев - живых: Павел Киселев и Софья Киселева, например, или чета Блудовых, или бесконечные Мещерские. Там есть как они с Софьей Григорьевной Волконской вспоминают историю восстания декабристов - это 55, что ли год, или 56?
И вообще как он помнит молодость. Ездит по Европе с "Письмами русского путешественника" Карамзина наперевес, повторяет маршрут, перечитывает. Ездит по местам Жуковского: а вот здесь Жуковский венчался, а вот здесь лет тридцать назад он провел целую зиму, а хозяин домика - все тот же.
Все они давно уже умерли - а он ездит по Европе в конце пятидесятых и ловит их тени. И ему так еще двадцать лет, хотя старательно пишет под каждый день рождения "наверно мне уже недолго". Долго.

...А в депре и бессонице у него в голове бесконечно крутится Мон ами Пьеро.
Tags: Вяземский, книги
Subscribe

Posts from This Journal “Вяземский” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments