Lubelia (lubelia) wrote,
Lubelia
lubelia

М.К. Юшневская. Письма. Опыт комментария. 4 Февраля 1832. Петровский завод

[ыыы, пожелайте мне наконец найти сил и времени пойти и заказать себе еще кусок щастья]
Предыдущие письма:
1.23-го Мая 1830 года. Нижний Новгород:
https://lubelia.livejournal.com/1419565.html
2. 27 сентября 1830 года, Петровский Завод:
https://lubelia.livejournal.com/1423555.html
3. 11-го Октября и 2 ноября 1830 г. Петровский Завод:
https://lubelia.livejournal.com/1429364.html
4.13 Декабря 1830. Петровский Завод
https://lubelia.livejournal.com/1434767.html
5.29 Января 1831. Петровский Завод:
https://lubelia.livejournal.com/1444299.html
6.4 июня 1831. Петровский Завод:
https://lubelia.livejournal.com/1448430.html
7.30 октября 1831. Петровский Завод.
https://lubelia.livejournal.com/1491369.html
8. 19 ноября 1831. Петровское
https://lubelia.livejournal.com/1497300.html
9.18 декабря 1831, Петровское
https://lubelia.livejournal.com/1504146.html
10.7 января 1832 года. Петровский завод
https://lubelia.livejournal.com/1506387.html

Письма декабриста Алексея Петровича Юшневского и его жены Марии Казимировны из Сибири", публ. В. П. Голубовского, Киев, 1908 г. C. 22-25

[Мария Казимировна - Семену Петровичу]
4 Февраля 1832. Петровский завод.

24 прошедшего января получили мы, любезный друг Семен Петрович, письмо твое от 9 ноября, но не отвечали тотчас в ожидании посылки, которая вскоре после того дошла до нас, со всею сохранностью, по записке тобою приложенной. Благодарим тебя от души за все, тобою присланное. Все очень хорошо сшито. Несколько длинен лиф сзади, но это моя вина: я снимала мерку не по сюртуку. Впрочем, платье брату твоему впору и мне также1. Очень меня одолжил присылкою их. Табак также изрядный и пришел очень кстати, ибо у брата давно уже не было никакого. Он просит тебя, когда в другой раз, по обещанию твоему, будешь отправлять табак, чтобы ты положил в мешок несколько глиняных турецких трубок2. - Письмо Рейхеля, в котором уведомляет он, что Стояновский3 не отдал ему денег, полученных от посессора Тимашевки, привело нас в отчаяние4. Невозможно описать тебе подробно, в какой находимся мы крайности и недостатке. По письмам нашим к тебе и к Рейхелю ты можешь себе составить некоторое о сем понятие. До сих пор Алексей Петрович не хотел, чтобы я говорила о сем подробно в моих письмах, но теперь, видя братское попечение, какое ты начал принимать о наших нуждах, он не может скрыть от тебя, что с тех пор крайность наша день ото дня увеличивается. До сих пор мы кое-как перебивались займом у наших товарищей; но теперь и это пособие прекратилось, ибо мы задолжали суммы, которые, наконец, нужны самим тем, кто оказывал нам такое пособие, а ты понимаешь, что в положении нашем мы не имеем иного средства помочь себе. Впрочем, все это несколько раз описала я в письме к Рейхелю. Так как он уведомляет нас, что, будучи должен Стояновскому, ты намерен удержать у него неуплоченные им 1500 руб[лей] за Тимашевку, что брат твой просит тебя поспешить высылкою к нам этих денег, а чем мы будем существовать до получения оных, мы сами не понимаем; теперь же нет у нас ни копейки. Этою суммою хотя и не могли бы мы уплатить наших долгов, простирающихся за три тысячи, но по крайней мере она обеспечила бы на некоторое время текущие наши расходы. Брату очень прискорбно, что я принуждена во всех моих письмах помещать описание бедственного нашего положения. Он не допустил бы меня до этого, если бы вещественные нужды человека могли быть удовлетворены одним терпением и твердостью. - В рассуждении счета о долге Постниковой 5 который ты доставил, и в котором Алексей Петрович не находит объяснения недоразумений, изъясненных в письме моем от 2 Ноября 1830, он поручает сказать тебе, что как прежде, так и теперь, он верит одним твоим словам и не имеет надобности удостоверяться какими-либо документами, полагает, однако же, что, при расчете твоем с сенаторшею, ты упустил из виду доказательства, какие необходимы для пояснения самого счета. В противном случае, он был бы для тебя так же темен, как и для него. Так, например, в счете несколько статей на немаловажную сумму показаны просто: "поступило в уплату", без объяснения, кому и как. Впрочем, брат замечает это мимоходом, а считает нужным присовокупить для твоего соображения, что из всей этой суммы сам он не получал в уплату ни копейки ни при жизни отца, ни после его кончины. Что касается до продажи Тимашевки, то, конечно, ежели бы Рейхель желал заняться оною, выгоднее было бы не продавать, ибо, по сведению, которое сообщила мне одна из моих приятельниц, в соседстве там живущая6, сам Стояновский сказывал ей, что Тимашевку можно отдать в посессию за такую цену, от которой, за уплатою банкового долга, оставалось бы нам на прожиток ежегодно пять тысяч рублей, именно, вполне столько, сколько нам необходимо здесь нужно на содержание. Если же она будет приносить доход, подобный нынешнему, то, очевидно, лучше продать и капитал положить в банк, что приносить будет больше доходу без всяких хлопот. Впрочем, так как нельзя всего вместить в одном письме, то об этом я буду еще писать после. - Брат очень радуется, видя из твоего письма, что круг твоего знакомства распространяется. Ты знаешь пословицу: не купи двора, купи соседа. Понаслышке, мы знаем почтенное семейство Г. Хоментовских 7.Кроме удовольствия приятно проводить время, такой человек одними советами и опытностью может быть очень полезен по твоим делам. Мы любовались твоими успехами в польском языке, хотя в отрасли лингвистики он начинает ныне занимать место на ряду с эллинским, еврейским или, по крайней мере, с латинским. - В последнем письме твоем, любезный друг Семен Петрович, обещаешь ты брату твоему прислать что-либо из платья теплого на вате, то брат твой просит тебя, если еще будешь при деньгах, вели сшить ему шинель одну на вате, теплую, а другую летнюю: у него только и есть та шинель, которую я ему четыре года тому назад послала. Она уже износилась. Он на работу в ней ходит всегда. Надо тебе признаться, что у него шубы совсем нету: он не привез с собой той, которая у него была. И вообрази, в 40 градусов мороза ехал он в каком-то тулупчике. Трудно тебе описать, как расстроено его здоровье, и как он худ; и теперь начал жаловаться часто на нездоровье. Недавно очень было, занемог от простуды; и сегодня испугал было меня; сказал, что чувствует себя нехорошо; однако же, чувствует себя опять лучше. Вчерась был день твоих именин, и мы очень много говорили о тебе, вспоминали разные вещи и твои фарсы, как ты за Белявской со скрипкой бегал, когда ее возили по паркету, и балабан за нею8,- и разные разности вспомнили , и так нам взгрустнулось, что мы, может быть, век тебя не увидим, и что можно наверное полагать, как человек себя не утешает надеждой. Аврамов и Фердинанд Богданович [Вольф] очень тебе кланяются.
Прощай, друг наш, любезный брат наш!
Люби нас, как мы тебя любим. Сестра и друг Мария Юшневская.
Сапоги брату пришли и теплую шапку с козырьком и, пожалуйста, ему же платков цветных, шелковых, шейных.

ПРИМЕЧАНИЯ

1Осенью 1830 года, еще не зная что Семен надолго пропадет и почти год не будет писать, Мария Казимировна просит сшить и прислать мужу сюртук и жилет и передает просьбу мужа сшить ей капот и платья у портного Некиша, у которого она постоянно обшивается (ее мерки у Некиша есть и она уверена, что "Некиш сделает все хорошо". В письме 11 октября 1830 года она присылает мерку мужа и просьбу сшить сюртук и два жилета. Примерно через год Семен все это заказывает Некишу - в письме от 30 октября 1831 года Мария Казимировна благодарит Семена за сделанный заказ, и вот наконец в феврале 1832 года посылка добирается.


2Турецкая трубка выглядит примерно так: - фактически это глиняная чаша, которая сажается на длинный деревянный чубук (в отличие от европейских глиняных трубок, которые были цельными, часто бились и у которых можно было, при желании просто отколотить кусок мундштука - отсюда и выражение "разбиться как трубка". Турецкие были надежней.


3 Иван Иванович Стояновский - родственник Юшневских (Владимир и Семен называют его "братом"). Пролеживается в адрес-календарях до 1842 года. На 1822 год он коллежский советник и секретарь при Петре Христиановиче Юшневском, начальнике Дубоссарского таможенного округа (на 1837 год он депутат в Киевском дворянском собрании от Чигиринского уезда, в 39 году – в Волынском губернском правлении, последний раз упоминается в 42 году опять в Киевском дворянском собрании). Он принимает активное участие в делах семьи, помогает Марии Казимировне улаживать денежные проблемы, свалившиеся на нее после ареста мужа. Мы также знаем, что он женат и у него минимум двое детей – мальчик и девочка, которые настолько тесно знают Юшневских, что играют в «Марию Казимировну и Семена».
В архиве сохранился черновик ответного письма Семена, где он пишет об упоминаемых здесь денежных делах. Денег от Стояновского Семен не присылает, но берет в долг у Игнатия Онуфриевича Поповского и высылает их, так что все-таки что-то Юшневские получают - видимо, весной-летом 1832 г.


4Тимашевка – сов. дер. Тимошовка Черкасского района, Каменецкой обл. Тимашевка досталась Юшневским от Давыдовых (она неподалеку от Каменк Давыдовых) в уплату какого-то очередного долга Петру Христиановичу и, судя по всему, по разделу имущества после лишения прав и состояния перешло в собственность Марии Казимировны (и как минимум часть этого имения остается в ее собственности на 1864 г.:
Тимошовка, село в 5-ти верстах на юг от местечка Каменки, при ручьях, за селом в лесах начинающихся, и по соединении впадающих в реку Тясмин при деревне Юрчихе. Близ села находится три высокие могилы и много небольших, называемых жителями шанцами. Жителей обоего пола: православных 1041, римских католиков 38, евреев 10; в 1808 году было 869, а дворов 98. Екатерина Николаевна Давыдова отдала Тимошовку своим кредиторам сначала в администрацию, а потом в собственность. Почему ныне здесь следующие владельцы:
а) Сигизмунд Росцишевский, см. Бондурово зели дес. — р.д.м.п. 170
б) Мария Юшневская (лат. исп.) земли 1279 дес. — р.д.м.п. 165
в) Поручица Вышневская (лат. исп.) земли дес. — р.д.м.п. 23
г) Николай Будзько (лат. исп.) земли 94 дес. — р.д.м.п. 19
д) Мария Савицкая (прав, исп.) земли 33 дес. — р.д.м.п. 12
е) Евфросиния Вулгакова (прав, исп.) земли 33 дес. — р.д.м.п. 11
ж) Наследники Бутовича (прав.исп.) земли дес. — р.д.м.п. 4
з) Приходская церковь земли 36 дес. — р.д.м.п.
Церковь Дмитриевская, деревянная, 5-го класса; построена во второй половине истекшего столетия, но неизвестно в каком именно году». [Похилевич Л. И. Сказания о населенных местностях Киевской губернии 1864 г.:]

В 1830-1833 годы делами имения занимаются Рейхель, Стояновский, Семен; Мария Казимировна обращается с просьбами к Давыдовым - чтобы как-нибудь устроить так, чтобы оно начало приносить стабильный доход.Более-менее денежные дела налаживаются после 1836 года, когда Тимашевку берет в управление Ламберт Понятовский и начинает исправно высылать деньги.


5О долге Постниковым – см. примечение 8 к письму от 23 мая 1830 года. Семен ездит разбираться с этим делом в 1829 году, потом – уже в 1831 присылает брату свои соображения по этому поводу, которые в целом сводятся к тому, что дело такое запутанное, что он и сам не понимает, кто кому сколько должен. Как бы то ни было, судя о всему, история с долгом Постниковой завершается тем, что в Москве в 1830 году она выплачивает Юшевской 4 тысячи в счет «сониной суммы», если Семен и выбил из нее еще какие-то суммы, мы об этом ничего не знаем – это последнее упоминание в опубликованной переписке.


6 По всей видимости это мать декабриста А. Пестова Марья Алексеевна Пестова. Она соседка Давыдовых, а значит в каком-то смысле и Юшневских, их имение Пантазиевка в том же Чигиринском уезде, Юшневская познакомилась с ней в Москве у Екатерины Федоровной Муревьевой и переписывается. В одном из черновиков Семена весны-начала лета 1832 года упоминается, что он вручил письмо Пестовой Рейхелю - возможно это письмо касалось как раз этих денежных дел.


7Судя по всему речь идет о семействе Михаил Яковлевича Хоментовского (1775—1846), генерал-квартирмейстера 2-ой армии с 1816 по 1826 г. Характеристика Киселева: «Отлично усердный исполнитель. Честный по душе. Для копировки карт отличный.» (далеко не самая ехидная). Хоментовский принимает участие в большом проекте Киселева по составлению истории войт с Турцией – занимается вместе с Комаровым «движениями», то есть картографией (Юшневский для этого проекта собирает статистику).


8И Балабан и Белявская упоминаются еще раз в одном из писем – «Недавно говорили мы, как ударились о заклад идти пешком на [Прим. в книге "слово неразборчиво"]; ходили в театр с тобой, Белявская; Александр Крюков про М-mе Мес вспомнил; как похоже рисовал ты Балабана». Кто такой именно этот Балабан мы не знаем, но вообще Балабаны по югу живут, например, в 1818 году адрес-календарь упоминает надворного советника Федора Константиновича Балабана в Дубоссарской карантинной конторе. Белявская упоминается в воспоминаниях Басаргина. Вот так он описывает свое возвращение из ссылки в Тульчин: «Я посетил тогда старую свою знакомую девицу Белявскую, которую я оставил молодой еще девушкой, а теперь встретил чистой и опрятной старушкой. Много припомнили мы с нею из прошедшего бытия, вспоминая многие случаи прошедшей жизни. Я уверен, что и она с удовольствием провела несколько часов с человеком, знавшим ее тридцать два года тому назад».

Tags: Юшневские, декабристы, письма из Сибири
Subscribe

Posts from This Journal “письма из Сибири” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments