January 22nd, 2017

Я

Дело и слово. Некоторый итог.

Очень рада, что со мной это случилось - потому что случилась не столько игра, сколько эпоха и песонаж, и это оказалось очень нужно и осмысленно. Очень многое дало для понимания 18 века, и того, как и каким образом из него вырастает 19-ых. Очень много дал сам Василь Кириллыч - смешной, страшный, бездарный, гениальный... крышесносный. Оказался даже в самом приглаженном варианте зубодробительным - а ведь практически все, что я читала и раздавала - это дорихтованные до почти современного языка варианты, все, что я со своим Литинститутом в анамнезе не могла ни понять, ни воспроизвести - я выкидывала, местами меняла строфы и строки... в общем, это был Тредиаковский в моей редакции, а там где басни - вообще Сумароков:).
Но это очень много дало еще для понимания путей нашей поэзии. Дочитаться до того, что искренне ржать над сатирами Кантемира - это покруче будет, чем ржать над "Ревизором":).
И для эпохи, разумеется - для эпохи - еще и для понимания петровского времени. Тут внезапно Дакоста оказался очень важным, и дал всю вот эту петровскую и послепетровскую проблематику - огромное спасибо Фреду за то, то он взял этого персонажа - и дал его таким ярким. И за то, что вообще так помогал все это осваивать:)
И - помимо офигенно красивых картинок - у игры вышел очень осмысленный внятный финал. Благодря Филину-Остерману и Миниху с Лопухиной.
Ну и отдельно само наличие оборотневого пласта выносило мозг: когда смотришь на этих всех вот хвостатых-крылатых-чешуйчатых - понимаешь, что они вошли в дверь, открытую тобой, что они теперь есть. Офигенно.

...Чисто пожизнево-игровых же выводов два: с одной стороны мне самой хорошо, я не провисаю, я могу себе придумать что делать. С другой стороны в плане отыгрыша персонажа и вообще игрового взамодействия - ох, некот, и даже не цапля. Туплю, торможу, допускаю фантастические проебы, внятного отыгрыша - никакого. У меня-то провисов нет, а вот у персонажа - ыыыы... Особенно внятно на фоне тех, кто может быть и взаимодейстовать.
Думаю теперь, а что со "Временем вишен" то делать, там мне даже в голову никто не пришел, то есть персонажа придется именно продумывать - и делать. И делать и играть-то я и не умею...

Но самый фантастический проеб был пожизневый и мог оказаться для персонажа смертельным:) Потому что я не знаю, где я посеял оду на восшествие на престол Елизаветы Петровны - но где-то посеял на полигоне, как бы просто не на улице:) Хорошо, что тайная канцелярия не нашла, а то правила по казням было бы к кому применить.
...Впрочем, в этой реальности Василь Кириллович, по любому, видимо, отправится на плаху вслед за Волынским и Еропкиным...
от птичьего лица, Василь Кириллыч

Дело и слово. Эпилог.

В. К. Тредиаковский. Ода на непостоянство мира.

Собственно, роман с Василь Кириллычем у меня начался вот с этого его текста. Это тоже - урезанная версия, оно длинней и зубодробительней, но так хоть понятно, что он хочет сказать - и как он хочет это сказать. Если поймать этот ритм (а ориентроваться у него надо на ритм, а не современную постановку ударений, он ставит их вообще как попало) - он все равно какой-то драный. Но в общем вот убейте меня - это - стихи. И это 1730 год, молодой совсем, что он еще понимает в непостоянстве?

Ода на непостоянство мира

Collapse )
Что характерно - у них есть нормальный французский вариант написанный человеческим французским языком, насколкьо я понимаю французский. Он вообще по-французски пишет если не лучше, но глаже:
Collapse )