August 17th, 2018

Я

Неизданное место из записок Гангеблова или нравы полтавского дворянства.

Есть такой прекрасный декабрист, который оставил страшно интересные записки. Сам по себе он человек... ну я о нем писала и еще напишу - неприятный, в общем. Больших дел не наделал, но не образец. Но это неважно - зато школьный друг Ростовцева, а еще закончил пажеский корпус - и у него в записках много об этом.

А вот пока выправляла в нем опечатки - наткнулась на еще один неучтенный кусочек из его записок, он печатался отдельно в Русском архиве. Для сайта подберу, а пока просто делюсь историей, потому что эти могучие люди просто требуют, чтоб о них рассказывали:))
Гангеблов пишет о семействе князей Манвеловых с имением где-то под Кременчугом, дальних своих родственниках:

В нашем уезде, но под Кременчугом, были два князя Манвеловы: Иван Иванович и Николай Иванович (о последнем из них упомянуто в моих Записках, как о члене общества Масонов). Оба эти брата были большие оригиналы. Стоит привесть несколько достаточно выдающихся черт из их характеров. При Екатерине они служили в кавалергардах, еще довольно молодыми вышли в отставку и «засели» в наследственном своем богатом имении Морозовке. Почти ни с кем они не имели сношений, никогда не делили между собою имения и управляли им кое-как, а также никогда не строили себе господского дома: жили в крестьянской избе со множеством к ней пристроек и своими прикащиками были обкрадываемы немилосердно. Так они прожили несколько лет и стали уже забывать о прошлом, о своей Петербургской молодости, как вдруг князь Николай Иванович получает из Полтавы письмо от князя Куракина. Князь Куракин ему пишет, что вот он приехал на службу (генерал-губернатора) в Полтаву и узнав, что он недалеко оттуда живет в деревне, просит приехать с ним, старым другом, повидаться и вспомнить о веселом прошлом. Князь Николай Иванович, недолго думавши, отправился налегке в путь, но вместо краткого свидания он прожил у князя Куракина все время пребывания этого последнего в Полтаве; а когда готовый уже к выезду в Петербург князь Куракин сказал: «А знаешь что, Николай, поедем со мной в Питер: и прокатишься и повеселишься в столице», - Манвелов сел с ним в карету и отправился в дальний путь, не подумав наведаться в Морозовку и проститься с братом и сестрою. Но тут еще не конец курьезу: приехав в Петербург, он в не безвыездно прожил… 40 лет. Все это время в столице он вращался в сфере высшего общества: у Лобановых, Юсуповых, Безбородко, Куракиных и т. П. и езде был своим человеком. Он и жил на даровой квартире, в одной из надворных построек дома княгини Лобановой, на Морской. Денежные средства для жизни присылались ему из Морозовки. В его двух комнатах царил самый нескладный беспорядок: то вы видели какую-нибудь очень ценную вещь или вещицу, или изящную женскую работу, и подле них огарки свечей; то редкий по сезону фрукт и рядом с ним разорванная четверка Гишаровского вакштафа с рассыпавшимся вокруг табаком и т.д. Домой он не возвращался иногда по несколько дней, особливо летом.
Как пример беспечности князя Николая Ивановича, стоит рассказать следующее. Племянник его лейб-улан, тоже князь Манвелов, собравшись ехать в отпуск, в наш край, зашел к нему проститься. «Вот кстати, - сказал, обрадовавшись, дядя, - отвези душа моя, вот это (он указал на большой сундук), отвези это сестре Настасье Ивановне; это фарфоровый сервиз, я его купил к ее именинам на аукционе, о чем ей тогда же и писал, да вот все не соберусь отправить». Молодой князь Монвелов не могу исполнить этого поручения, так как должен был ехать на перекладных, а когда он спросил, на каком аукционе сделана покупка, то оказалось, что сундук с сервизом простоял на месте более восемнадцати лет.
Князь Иван Иванович, по отъезде брата к кн. Куракину, продолжал жить в Морозовке, по прежнему с сестрой. Это был человек истинно добрый, честный и обязательный. При такой строгой отчужденности от света у него всегда водились деньги, но жил он очень просто, собственно по беспечности, а не потому, чтобы был скуп; напротив, он никогда не отказывал в денежных ссудах и всегда без процентов. Все это не мешало, однако ж, ему быть таким же, как и его брат, эксцентриком. При такой однообразной, монотонной жизни, он и его сестра неладно жили между собой.
На другой день после одной из ссор с нею князь к утреннему чаю не явился. Подождал, подождали и заглянули к нему в спальню, в спальне нет; искали во дворе, тоже нет; искали везде, рассылали дворовых людей на поиски по всем местам обычных его прогулок: в поле, на хутор, но и там нет и нет! Розыски полиции кончились тоже ничем. Решили тем, что князь погиб, что отправившись пешком на хутор, он вероятно был съеден волками, которых в то время было очень много. Так князя и след простыл, о нем совсем забыли. Прошло одиннадцать лет. Однажды утром, среди зимы, в ворота двора входит незнакомый мужик, в нагольном тулупе, с длинной бородой. Мужик направляется к дому, подымается на крыльцо; на вопросы прислуги, кто он и чего ему надо, он не обращает внимания и следует дальше в комнаты, как человек, которому знакомо расположение дома; в столовой садится и приказывает подать себе чаю. Вышла княжна Настасья Ивановна; он не шевельнулся, а когда она, вглянувшись пристальнее, в нежданном госте узнала брата и с криком кинулась ему на шею, то он молча ее отстранил и молча принялся за поданный ему чай. Все это он проделал с таким невозмутимым ко всему равнодушием, как будто только вчера отлучился из дома.
Замечательно, что во все долгие годы, которые он за тем еще прожил, он никому даже и из тех родственников, с которыми наиболее был близок, не открывал тайны своей Одиссеи. Доходили смутные слухи, что он состоял при главнокомандующем князе Прозоровском и пользовался полнейшею у него доверенностью.


Я тащусь с этих людей:)))
Я

Рецепт лучшей кабачковой икры. Пятничное потрындеть.

Утилизую кабачки (они растут с опережением).
В связи с этим разглядываю разные варианты кабачковой икры и вообще кабачковых закусок.
С удивлением обнаружила, что люди кладут в такие закуски странные вещи - например, майонез. Или сахар. Или промышленные количества масла. Или уксус.
Кто-то уваривает до однородности, кто-то делает это блендером, кто-то оставляет кусочками.
Кто-то кладет приправы, кто-то нет.

В связи с чем вопрос - а что вы кладете в кабачковую икру, кроме кабачка?:)
(я - что попало. То есть примерно половина кабачков, а половина состава - солянка сборная из перца, помидор, лука, моркови и всего-что-еще-попалось-под руку-завалялось-в-холодильнике (яблоки, баклажаны, капуста, сельдерей, острый перец, чеснок, репа...)).

А пользуетесь ли вы приправами? какими? кладете ли, кроме соли, сахар и\или уксус? кладете ли вы свежую зелень? коренья типа петрушки\сельдерея?